Чешская комедия – это смех без злобы. Она родилась в 1960-е, когда режиссёры, устав от назидательности, обратились к жизни обычных людей. Эти комедии смеялись не над «другими», а над «нами».
В начале 1960-х в Чехословакии произошёл настоящий культурный сдвиг, который позже назовут чехословацкой новой волной. Молодые режиссёры устали от назидательного социалистического реализма и обратились к обычной жизни. Они снимали на улицах, приглашали непрофессиональных актёров, импровизировали с диалогами. Их фильмы были горькими, ироничными, иногда абсурдными – и при этом удивительно человечными. Именно из этой среды выросла новая чешская комедия.
Советскому массовому зрителю эти картины были почти незнакомы, и этой статьей мы попробуем восполнить пробел и расскажем о самых ярких представителях жанра того времени.
Кадр из к/ф «Когда придёт кот»
В 1963 году Войтех Ясный снял «Когда придёт кот» (Až přijde kocour) – фантастическую комедию о бродячем цирке, в котором живёт кот в очках. Этот кот умеет показывать истинную сущность людей: лицемеры становятся фиолетовыми, а искренние остаются собой. Фильм снимали в живописном городке Тельч, а цветные эффекты создавались с помощью костюмов, грима и цветного света.
Картина получила Специальный приз жюри Каннского фестиваля и до сих пор считается одним из самых визуально изобретательных фильмов своего времени. При этом за сказочной формой здесь пряталась сатира на конформизм и лицемерие. Критики называли эту комедию «очаровательной» и отнесли к «недооценённым жемчужинам чешской новой волны».
Кадр из к/ф "Светаки"
Одним из самых любимых чехами представителей жанра стали «Светаки» (Světáci, 1969) Зденека Подскальского. Трое маляров-фасадчиков из провинции работают в Праге и решают приобщиться к столичной ночной жизни. Они заказывают дорогие костюмы и берут уроки этикета у бывшего светского льва. Когда они наконец знакомятся с тремя элегантными дамами, выясняется, что те – такие же авантюристки, как и они сами.
Фильм снимали сразу после августовских событий 1968 года, и атмосфера на площадке была мрачной – режиссёр дал актёрам полную свободу импровизации, чтобы разрядить обстановку. Многие реплики, ставшие крылатыми, родились прямо на съёмках.
Кадр из к/ф "Бал пожарных"
А ещё в 1967 году вышел «Бал пожарных» (Hoří, má panenko) Милоша Формана – последний фильм режиссёра, снятый на родине перед эмиграцией в США. Это история о том, как добровольная пожарная команда маленького чешского городка устраивает бал в честь своего 86-летнего начальника. Всё идёт наперекосяк: призы для лотереи воруют, девушки отказываются участвовать в конкурсе красоты, а когда в разгар вечеринки загорается дом соседа, пожарные оказываются не готовы тушить огонь.
В фильме снялись настоящие пожарные, а не профессиональные актёры. Картина получила номинацию на «Оскар» и стала одним из главных образцов чешской новой волны. Однако после событий 1968 года её запретили на родине, а Форман был вынужден покинуть Чехословакию.
Кадр из к/ф "Это человек Гомолка"
Другая жемчужина – трилогия Ярослава Папоушека о семье Гомолковых. Первый фильм, «Это человек Гомолка» (Ecce homo Homolka, 1969), второй, «Гомолка в полном порядке» (Hogo fogo Homolka, 1970), и завершающий, «Гомолка и сумочка» (Homolka a tobolka, 1972). Фильмы объединяет история обычной пражской семьи – трёх поколений, живущих в тесной квартире, которые постоянно ссорятся, мирятся и снова ссорятся.
Через бытовые неурядицы, совместные поездки и попытки «хорошо отдохнуть» режиссёр показывает, как эгоизм и мелкие обиды разъедают близких людей. В Национальном киноархиве Чехии подчёркивают, что эта серия высмеивала мещанские привычки обычных граждан и предвосхитила волну комедий эпохи «нормализации».
Кадр из к/ф "Святая грешница"
В 1970 году вышел ещё один образец жанра – «Святая грешница» (Svatá hříšnice) Владимира Чеха. Это музыкальная комедия, действие которой происходит в Праге 1920-х. Мелкий преступник Фердыш по прозвищу Пиштора влюбляется в девушку из Армии спасения, спасает детей банкира и пытается начать честную жизнь. Фильм снят по пьесе Франтишека Лангера.
Картина задумывалась как «эскапизм»: в эпоху наступающей «нормализации» зрителям хотели дать лёгкую музыкальную историю. Критики отмечали, что за внешней развлекательностью здесь прячется ирония над обществом, где мошенник оказывается честнее «приличных» господ.
Кадр из к/ф "Адела ещё не ужинала"
Завершает нашу историю «Адела ещё не ужинала» (Adéla ještě nevečeřela, 1977) – пародия на бульварные детективы, снятая Олдржихом Липским уже в эпоху «нормализации». Знаменитый американский сыщик Ник Картер приезжает в Прагу, чтобы расследовать загадочное исчезновение любимого дога графини Тумовой. В фильме есть всё: погони, переодевания, пивные, оломуцкие сырки и гигантское плотоядное растение, которое питается людьми. За внешней лёгкостью – та же чешская ирония, что и в «Светаках».
Чешские комедии «новой волны» не пытались быть «большим искусством». Молодые режиссеры просто честно и остроумно смотрели на людей. Чешский юмор тех лет, по определению исследователей, – это «оборонный» смех, в котором есть саморефлексия и доброта, но нет прямого высмеивания противника.
